Петербуженка пишет чудесные истории про котов, которые вызывают восторг читателей. Часть 1

Петербурженка Ольга Трофимова регулярно публикует на фэйсбуке истории из жизни своих питомцев, собрав огромную аудиторию благодарных котопоклонников со всего мира. Как признаются сами читатели, у Ольги Трофимовой «есть не только преданные, но и восторженные, даже страстные читатели историй про котов, с дрожью нетерпения в пальцах пролистывающие ленту в поисках новой истории…» Подписчики Ольги Трофимовой первыми узнают новости из жизни Муни и Буси, и мы решили опубликовать несколько последних историй про котов, изменивших мир :) Пусть только своих владельцев.


➡ ПРОПАЛ КАЛАБУХОВСКИЙ ДОМ 

Теперь у нас два кота, хотя ничто не предвещало…

С ужасом думаю, что скажет муж и повелитель, когда вернется из Пекина (ФБ в Китае недоступен, а признаваться заранее — я страшуся вся…).

А ведь начиналось все хорошо и мирно: дочь наша, царевна Будур, сказала мне, что в нашем сельсовете проводится выставка породистых кошек.

— Пойдем, посмотрим? — сказала она. — Отвлечешься на прекрасных незнаемых котов.

— Пойдем, посмотрим! — согласилась я, которая из всех котов мира видела только покойного старика-кота беспородного и Муню-аристократа. Котоопыт у меня куцый, отчего бы не расширить его?

В сельсовете брали по пятьсот рублей за входной билет, и «это меня сразу насторожило».

Тут бы и бежать, но мы, точно в полусне, прошаркали в холл и попали в котовье царство, где были коты, похожие на енотов, коты, похожие на овец, где выставлялись банальные британцы и симпатичные мэйнкуны, а такоже непременные лысые сфинксы, на которых даже глядеть больно… А на одном из столов, в большой поместительной клетке, лежал клубок из трех прекраснейших и гармоничнейших созданий, каких я только видела.

— Кто это? – спросила я у заводчицы, в наплыве счастия полуоткрывши рот.

— Это абиссинская кошка, древнейшая, познавшая все секреты кошачьего мастерства.

На этих словах из котовьего клубка вылез котенок, открыл лучистые глаза, и мы пришли в себя уже только по дороге домой — без денег и с котом за пазухой :)

Дошли до дома, и тут Муня выразил решительный протест. Он зашипел и шипел минут 20 кряду. Не переставая, отвлекаясь только на то, чтобы воздуху в грудь набрать.

Маленький кот, которого велено назвать на букву Б., трясся и жалобно стонал, и мы не знали, как его утешить.

Заводчица велела нам малыша покормить и пописать. Но писать в страшном и огромном мунином сральном доме котенок отказался наотрез: он растопырился весь и заорал: родина или смерть! Сколько сил оказалось у него — мы и представить не могли!

Зато мунину кашу поел с удовольствием – из муниной же миски. Все это время Муня злобно булькал горлом и порывался уестествить засранца, едва удержали.

Внезапно (!) мы догадались, что нужна новая стратегия: посуда для еды, сральное место, дом для спанья у каждого должны быть свои.

Заперли мелкого на лоджии и рванули в зоомагазин. Откуда вышли с котодомиком, сухим кормом для котят, новой миской для воды и новой миской для еды, а еще с успокоительными каплями для Муни. Еще был новый лоток и привычный для мелкого наполнитель.

Лоток мы поставили рядом со сральным домом Муни, но малыш категорически отказался туда ходить. Он влез в куртку дочери нашей, в рукав, и там заснул.

Муня все время его сна терроризировал пространство грозноблещущими взорами и злобным горловым клекотом.

Мелкий меж тем проснулся и стал плакать, что ему хочется чего-то. «Писать», — догадались мы. Поставили лоток с наполнителем в туалет, котейко пошел туда и ему всё наконец удалось, но в процессе он плакал и жаловался: мол, сколько уж писать хочу, где ваша мудрота, злые люди? Писал и плакал – и так напрудил пол-лотка. (Ежели кто начнет срамить меня за столь низменные темы, видимо, не бывал он в ситуации, когда негде справить нужду, а очень надо, и воспитание не позволяет сделать это в первом попавшемся месте.) Отписавшись и отплакавшись, малыш пошел и поел сухого корма, попил воды из своей миски и дружественно напустил слюней в мунину миску с водой, после чего пошел спать в свой котодомик.

В это время наступил час кормления Муни. Но на мой зов кот не пришел на кухню — дело неслыханное!

Когда я пришла за ним, он отвернулся и закрыл морду лапами.

Негодование его – даже горе! – было очевидным: как вы могли, как вы могли?!

— А вот так и могли, — сказала я! — От тебя, Муневич, ласки не допросишься! А мелкий сразу на ручки сел и давай петь тувинские горловые песни!

Муня тяжело вздохнул. Я взяла его на руки (кряхтя и поскрипывая от веса) и понесла в кухню.

Там Муня учуял, что кто-то пил из его миски, громко и возмущенно пукнул и резко дал задний ход.

Я вымыла мунину миску с водой, вновь взяла кота на руки и снова принесла в кухню.

Муня обнюхал всё-всё-всё, и для начала демонстративно поел детского кошачьего питания. Затем съел порцию куньей каши и попил из своей миски и из миски мелкого.

Потом пошел в туалет, понюхал лоток мелкого, сел и напрудил лужу сверху…

Понятно, кто в доме хозяин! Теперь понять бы, как бы сделать нашу общую ночь безопасной для всех!


➡ МУНЯ И МЕЛКИЙ

Шмакодявка осмелел. Пока что, если Муня подходит к нему опасно близко, он все еще продолжает верещать: ой-ой-ой, помогите, хулиганы зрения лишают! Чтобы мы, понятное дело, прибежали и спасли его от сатрапии и деспотии.

Однако на самом деле шмакодявка пробует границы дозволенного. Сегодня он довольно нахально пробрался с утра в мунин сральный дом, обнаружил, что это не туалет, а дворец съездов для мелких котов, справил, как бы резвяся и играя, малую нужду, а следом и большую, и потом долго еще прыгал и веселился, пока не устал и не прилег отдохнуть в самом дальнем углу.

Не успели мы его вытащить, как близ своего личного сортира появился Муня, и вдруг оттуда донеслось истошное: ой-ой-ой!

Муня отпрянул и замер с озадаченно поднятой лапой. Потряс головой в совершенном изумлении. Поглядел на лапу и как бухнет ею в дверь!

Мгновенно оттуда вылетела рыжая молния и сокрылась в-месте-фиг-найдешь-и-вряд-ли-вытащишь.

Муня поглядел на меня укоризненно, понюхал дверцу, постучал по ней лапою, всунулся наполовину, замер озадаченно.

Вылез назад, поглядел еще укоризненнее.

— Простите, — говорил его взгляд, — но там куча, и это сделано не мной!

— Муня, — увещевала я старшего кота, — ты уж прости, но так получилось. У тебя теперь есть младший товарищ, будь к нему снисходителен!

— Да, но куча вовсе не мелкая! — продолжал недоумевать Муня. — Вы или дом побольше купите, или прислуживайте при доме с метлою и совочком, не отлучаясь надолго, а не то я за себя не ручаюсь.

— Мы подумаем, Муня, мы подумаем! — обещала я, а богатое мое воображение рисовало многоразличные картины котоприслуживания…

В итоге Муня вошел в свой сральный дом — безо всякой радости, со скучно повисшим хвостом…

Пришлось кормить бараниной, петь утешительные песни и гладить по кудлатой башке.


© Ольга Трофимова


Понравилось? Поделись с друзьями!


ИсторииЛюбовьКотикиТворчествоЖивотныеГордость